Войти |ЗарегистрироватсяВсего пользователей 144 Статей 613


Лучший подарок

Лучший подарокМишура, ящичек с разноцветными шариками, «звезда» на макушку, спутанная гирлянда. Но сначала достать из антресоли синтетическую ёлку, отогнуть прильнувшие к металлическому стволику лапы, распушить жёсткую «хвою». Новогоднее преображение нашего двухкомнатного терема стартует – мы с мамой всегда так. Готовимся к празднику за две недели, чтобы успеть вдоволь нарадоваться

Я знаю историю любого стеклянного шарика – каждый год мама покупала по одному-два, чтобы и год запомнить, и задобрить наступающий симпатичным подарком. Ну и обновка нашей ёлочке…
– Мам, а этот помнишь? – протягиваю сиреневый с блестящими нитями внутри.
– Помню, баб Зина заболела, всю новогоднюю ночь плясали возле неё, потом возле реанимации,тьфу-тьфу, обошлось. Зато как я уколы научилась ставить! Тыц -готово!.. Давай следующий шар.
– А вот этот? – на моей ладони красный шар с пузатым снеговиком.
– А как же! Племянник родился, Герои­ка. Я Мишку, дядю твоего, спрашиваю: «Брат, а Гера – это Герасим?» А он ка-а-ак зыркнет глазищами: «Сама ты Герасим! Это Герман!» Ну ты подумай, Герман! Тоже мне, герой «Пиковой дамы»… А всё-таки Герочка у нас чудо, правда, дочь?..
Последним идёт шар, о котором я всегда «забываю», а мама традиционно напоминает: «Давай уже, доставай». И я извлекаю старенький жёлтый шар с зелёной шишкой на боку. В тот год от нас ушёл папа.

«Ребёнок ждёт ребёнка»

Мама у меня маленькая. Не потому, что ростиком еле дотягивает до «метр-шестьдесят», и не оттого, что родила меня в 18. Просто она как ребёнок. Наорёт начальник на неё, а она потом целый вечер расстраивается. Из-за кого? Видела я этого крикуна: юркий, с лёгкой шепелявинкой, говорит как-то странно, словно хвостом виляет. Так бывает, когда человек трус, хоть и начальник. А мама всё равно шмыгает носом…
Она не такая, как все. Когда дети растут, другие мамы вместе с ними наращивают толщину на боках, носят волосатые шубы и серьги с камнями. А моя мама осталась Дюймовочкой, носит джинсы, яркие куртки и шапку-ушанку, а иногда мою вязаную с цветными помпонами. Мама никогда не ругает за тройки, не вычитывает после родительских собраний за поведение, если классная всерьёз меня ругала, мама приходит и целый вечер тихо вздыхает. И мне было так стыдно, что, честное слово, лучше бы она орала, как другие…

Спросила как-то, почему не воспитывает меня, а она засмеялась: «Как тебя воспитывать? Ты и сама стоумовая! Чтобы нотации читать, нужно жизнь прожить, опыта набраться, а я тебя на свет произвела, будучи зелёной девчонкой! Вместе и росли… Не тот у меня авторитет, Юль, чтобы давить им».
Когда папа привёл её знакомиться с бабушкой, та ахнула: «Да она же совсем ребёнок!..» А узнала, что через полгода ожидается прибавление, сказала безрадостно: «Да уж, успели. Ребёнок ждёт ребёнка…»

Тётя Вера, наша дальняя, но докучливая родня, говорит, что у безалаберных матерей вырастают ответственные умненькие дети – такой вот закон несправедливости. У правильной скучной тёти Веры сын получился хулиганом,алиментщиком и выпивохой. А у мамы получилась я, серьёзная и честная.И вовсе не из-за маминой безалаберности, она ни чуточки не глупая. Мне просто не повезло быть похожей на маму – смешливой, весёлой и лёгкой.
Папу я простила не сразу. То, что меня оставил, – Бог с ним, не больно-то и воспитывал. То, что ушёл к другой тёте, в очках на худой высокомерной физиономии, тоже не беда. Зачем он маму обидел? Трезвонил на каждом углу: «Ну вы же понимаете, ранний брак – чего ожидать?

Наконец я встретил достойную женщину, которая оценила и соответствует. А то детский сад какой-то был, чесслово…»
Это очкастая мымра – достойная?! Хорошо, что я ни капельки не похожа на папу, только на деда Егора по маминой линии.

Визит к даме

Раньше я не понимала, в чём дело. У нас с мамой уговор ещё с детсадовских времён: раз в год, к новогодним праздникам, – крупный подарок, над которым я месяцы напролёт думаю – чтобы не выпросить ненужную вещь. Также я должна вести себя хорошо, ведь подарок нужно заслужить. И вот я думаю-думаю, не балуюсь и никому не грублю, а в середине декабря объявляю, чего жду от Деда Мороза. Которого, конечно, нет, но мы так договорились. Например – велосипед, компьютер, отдых в лагере… Ни разу несуществующий дед с красным носом не подвёл. Тайна роскошных даров открылась год назад…

После того как Дед Мороз получал поручение, мы собирались в гости к бабушке – папиной маме. Баба Юля, в честь которой я ношу имя, кремень, человек-глыба. Это тётя Вера говорит, да я и сама знаю. Баба Юля добивается всего, чего хочет. Захотела расширить квартиру – пожалуйста, въезжает в трёхкомнатную. Захотела сделать де­душку директором – и вот уже за ним приезжает спужебная машина. Решила «поступить папу» в институт – папа по­ступил как миленький. От нас баба Юля хочет одного: чтобы мы не напоминали папе о своём существовании. И чтобы раз в год – «как штык!» – навещали её перед праздниками. Мама не смеет противоречить: мы живём в квартире, милостиво оставленной нам папой, и иногда получаем от бабы Юли помощь… Раньше я считала, что бабушка добрая, но когда-то подслушала разговор. Вышла помыть руки, чтобы пить чай с пирогом, возвращаюсь, а из-за двери:

– Ты, девка, никак замуж собралась? Не вздумай! Не смогла с моим сыном жизнь устроить – будешь век одна куко­вать! Чтоб никакой пёс приблудный не входил в нашу квартиру, чтоб духу его не было возле моей внучки!
– Может, нам лучше уйти? Заберу Юльку, и мы уедем, – попробовала перечить мама. Думаю, маме было обидно и страшно. И ей нравился дядя Вова, он приносил конфеты и катал меня на паровозике в парке. Кому он мешал, если папа дорогу к нам забыл?
– Забудь думать, у тебя моя внучка, моя родная кровь. Вырастить помогу, конечно, без баловства, в разумных пределах. А ты решай свои вопросы по-тихому, чтоб никто не знал и не видел…

Чай пили молча, мама шмыгала носом и не поднимала глаза от чашки.
В прошлом году я заказала Деду Морозу летний отдых на море. Мы пошли к бабушке, по пути мама еле двигала нога­ми. Остановится: «Юль, давай не будем бабушке рассказывать, что у тебя трояк по алгебре в четверти чуть не выскочил!» Или: «Юль, не говори, что мы два раза соседей залили!» Вот смешная. И не собиралась.
Баба Юля постарела. Опиралась на палочку, рука высохшая, со взбухшими узловатыми венами, а пальцы всё равно в рубинах и изумрудах – никак не выйдет из образа директорской жены. Больше пирогов не печёт, силы не те, выставила блюдце с пирожными. Едва я допила чай, отправила в аптеку, а сама принялась за маму. Приношу пакет с пилюльками, а мама красная, будто по щекам отхлестали. Зато бабка довольная, губы и щёки порозовели, глаза блестят… Потрепала меня по волосам: «Учись, Юлька, пока бабка жива – поможет!» – и отправила восвояси.
Вышли, а мама как-то обмякла, села в сугроб, лицо снегом вытирает. Я её поднимать – отталкивает. Отдышалась и говорит: «Ну, доча, выбирай, куда летом отдыхать поедем…»

Значит, «Дед Мороз» помог, но поко­чевряжился от души…
Ночью проснулась, слышу, мама по телефону кому-то рассказывает, наверное, подружке своей, тёте Оле: «Ох, знала бы ты, чего мне это стоило. Расхваливала своего сыночка, мол, его дочка от второго брака учится на скрипочке играть, в языковую школу отдали, сплошь похвалы, грамоты и победы на конкурсах. А как девочка папу любит, вся, ну вся в него, даже ушки и носик!.. Оль, она мне лапшу на уши вешает, а я молчу, думаю, лишь бы не расхохотаться. Как будто я не знаю, что сыночек её и из той семьи ушёл, с какой-то молодушкой на бабкиной даче живёт!.. Терпела только ради Юльки, чтоб летом крошка пузико на солнце погрела… Оль, ну чего ты опять начинаешь?! При чём здесь «сколько можно терпеть ради ребёнка»? Ничего я не терплю, она единственное, ради чего жить стоит…»

Утром у мамы были опухшие глаза. А лето в прошлом году было холодное, даже в злосчастном Крыму. Пришли какие-то ледяные течения, мы сначала самоотверженно купались – даром, что ли, ехали за тридевять вёрст! – потом кашляли, слава Богу, без ангины обошлось. Так что ну его, этого «Деда Мороза», не от души его подарки…

Сменить пластинку

Мама развешивает «дождик», телефон тренькает сообщением. Мама вспыхивает, оставляет блестящий «поток» на еловой лапе, читает послание и прячет улыбку. Вообще-то, частая картина в последнее время. А ещё иногда раздаются звонки, моя маленькая мама – ну ни дать ни взять девочка! – выбегает и сдавленным шёпотом разговаривает. Как будто непонятно – у нас есть поклонник, “люди добрые! А вы как думали? Конечно, она маленькая,стройная,весёлая.И совсем не ребёнок. Любить она умеет, как миллион человек…

– От него? – спрашиваю с улыбкой.
– Дочь, о чём ты? – смеётся мама и снова берёт «дождик».
– Знаю-знаю, ты кому-то нравишься. Это же здорово, мам!
Она мотает головой, бросает наряжать ёлку и шутливо гоняется за мной, чтобы шлёпнуть по спине. Я хохочу, падаю на диван, мама – рядом, заливается от смеха, я даже ногами сучу…
– А знаешь, что? – отсмеявшись, серьёзно говорю маме. – В этом году бабу Юлю навещу сама, ты не ходи, а то опять плакать будешь.
– А как же подарок? – удивляется мама. – У нас же уговор и традиция…
– Без подарка никак, – солидно киваю.
– Поручим Деду Морозу вот что: пусть тот, кто тебе пишет и звонит, приходит к нам в гости на праздники. Хочет – в новогоднюю ночь, хочет – до или после. Ты этого заслуживаешь, мам…

В этом году на ёлке нет жёлтого шара с зелёной шишкой сбоку. Сам виноват: завалился на дно ящика и треснул от давления собратьев. Я купила другой: красный, с двумя блестящими сердечками.

Декабрь 16, 2013 4:47:46 ПП


загрузка...


Написать ответ