Войти |ЗарегистрироватсяВсего пользователей 144 Статей 613


Потерянный рай

Потерянный райВ том, что касалось финансов, моя жизнь всегда была похожа на качели. Может быть, именно поэтому я всегда довольно спокойно относилась к материальным ценностям и без особых страданий переживала свои взлеты и падения.

Присказка, не сказка

Качать меня начало еще в детстве. Мой папа был партийным работником не последней величины, так что слово «дефицит» мы не знали даже в голодные времена. А потом пришли лихие 90-е и про­крутили нашу семью как через мясорубку. Папа потерял работу, все накопления куда-то испарились, а мне пришлось столкнуться с суровой реальностью, в которой мои прихоти почему-то перестали выполняться, а в лексиконе родителей появились незнакомые ранее слова: «Мы не можем». Впрочем, юность все воспринимает легко, и, поудивлявшись немного новым реалиям, я восприняла их как должное. Я закончила школу, поступила в институт, подрабатывала, тусовалась с друзьями, у которых точно так же никогда не было денег, в общем, вела абсолютно нормальную для студентки жизнь.

Жизнь удалась

С Кириллом я познакомилась, учась на последнем курсе института. Он был не намного старше меня, всего-то на пять лет, но казался мне человеком из какого-то совершенно другого мира, если не сказать поколения. В свои 27 он производил впечатление серьезного, умудренного опытом человека. Прошлое у него, дей­ствительно, было богатое. Сын советских дипломатов, он успел поучиться и пожить в США, идеально знал английский, работал в Москве в иностранной компании на хорошей позиции, ездил на ино­марке и всегда имел при себе полный кошелек долларовых купюр, которые, не задумываясь, тратил на меня. Влюбилась ли я в него? Сложно сказать. В глазах моих подруг и родителей он был полубогом, а я сама казалась себе невероятно крутой от того, что такой мужчина оказывает мне знаки внимания. Мы встречались полтора года, из которых год жили вместе, а потом поженились.

Вскоре после свадьбы Кирилл настоял, чтобы я уволилась с работы. Он хотел, чтобы я всегда была свободна для наших совместных планов, и я не слишком сопротивлялась. «Зачем работать, если можно не работать?» – казалось мне тогда. Карьера Кирилла стремительно набирала обороты. К 30 годам он уже был большим боссом и очень органично чувствовал себя в роли хозяина жизни. Меня он баловал, не отказывая ни в чем, но при этом наличности я практически не видела. Мне выделялась небольшая сумма в месяц на продукты и мелочевку вроде косметики и чулок, а все остальное мы покупали вместе. Впрочем, отсутствие наличности не слишком меня беспокоило. Я чувствовала себя королевой небольшого государства, которой по большому счету деньги и не нужны. Стоило только позвонить мужу, и любой мой каприз исполнялся. Пожалуй, единственное, что он не хотел для меня делать, – это ребенка. Мы спорили на эту тему чуть ли не ежедневно, но Кирилл был непреклонен: «Сейчас не время. Еще успеем. Куда торопиться?» Я даже обращалась за советом к психологу, который сказал, что муж не хочет делить меня ни с кем. Что ж, может быть, так все и было на самом деле. Мне не удалось найти ответ на этот вопрос.

Говоришь по-итальянски?

Мы были женаты больше пяти лет, когда, устав сидеть дома, я записалась на курсы итальян­ского. На первом же занятии я познакомилась с Вадимом. Мой ровесник, высокий, веселый, с чумовыми искорками в глазах, он начал учить язык, потому что был беззаветно влюблен в Италию. Он много путешествовал и даже планировал в будущем написать путеводитель по своей любимой стране. Путешествия и фотогра­фия были его коньком. Он нигде не работал официально, зараба­тывая на жизнь фотосъемкой для различных изданий по туризму.

К неполным 30 годам Вадим объездил почти весь мир, иногда чуть ли не автостопом. После занятий мы частенько сидели вместе с еще несколькими студентами в кафе, и он рассказывал нам увлекательнейшие истории о своих приключениях в странах, о существовании которых я даже не догадывалась. Постепенно наши встречи стали традицией, и все реже, словно боясь помешать, к ним присоеди­нялись другие участники. Первое время я даже не осознавала, что жду дней занятий, как праздника, и расстраиваюсь, если Вадим по каким-то причинам не появляется. А поняв это в какой-то момент, старалась гнать крамольные мысли прочь. Я замужняя женщина, он – свободный художник, между нами нет и не может быть ничего общего, казалось мне. Переломным моментом в наших дружеских чаепитиях стал неловкий случай с оплатой чека. Оставаясь вдвоем или будучи в компании, мы всегда платили каждый за себя. В тот вечер я, как обычно, потянулась за кошельком, но Вадим остановил меня.

Страшно смущаясь, он по­просил меня позволить ему рас­платиться. По его словам, он давно хотел мне сказать, что чувствует себя крайне неудобно, когда девушка в его присутствии платит по счету. «У меня возникает чувство, как будто ты не замечаешь, что я мужчина», – произнес он и по­смотрел мне в глаза. Я поняла, что меня о чем-то спрашивают, но не могла ничего ответить, а только убрала кошелек. Конечно, я давно заметила, что он мужчина! Еще как заметила. Мне нравилось в нем буквально все: его внешность, смех, манера общаться. Когда он говорил что-то, я иногда даже не слышала слов, потому что смотрела на его губы и представляла, как он целуется.
Потерянный рай

Любовь-морковь

Удовлетворить свое любопытство мне удалось спустя полгода после нашей первой встречи. Это по­лучилось совершенно случайно. Мы вышли из кафе и прощались, стоя около моей машины, когда мимо промчался огромный джип, щедро обдав нас брызгами воды из лужи. Вадим приобнял меня, чтобы прикрыть от грязи мой белый плащ, и, хотя лихач давно скрылся из вида, мы так и стояли, прижавшись друг к другу. Именно тогда Вадим впервые меня поцеловал. Наверное, я могу написать целый роман, поминутно описывая неспешное развитие наших отношений, его настойчивость и мои сомнения, первую ночь вместе и однажды прозвучавшее «Я тебя люблю», ревность, попытки расстаться и новые встречи, но подозреваю, что все эти подробности никому не интересны. Мне было безумно хорошо с ним рядом, когда же мы расставались, то я буквально сходила с ума, не зная, как жить дальше. Сестра, единственный человек, которому я рассказала о своем романе, посоветовала мне «не быть дурой и крутить любовь потихоньку от мужа».

Скрываться от Кирилла было действительно несложно, ведь он был вечно занят, но я ненавидела врать, к тому же мне хотелось большего. И если в начале нашего романа мне даже не приходила в голову мысль о расставании с мужем, то спустя полтора года это прак­тически стало навязчивой идеей. Что меня останавливало? Думаю, это очевидно. Я боялась реальной жизни. Я отвыкла работать, мне давно уже не приходилось думать о деньгах, а мой круг общения состоял в основном из таких же «дамочек», привыкших получать от жизни все самое лучшее и дорогое. Вадим же был немного не от мира сего. Материальное его интересовало ровно настолько, насколько это было нужно для комфортного существования. И в его представления о комфорте не входили ни престижные автомобили, ни до­рогие рестораны, ни брендовая одежда. Путешествия оплачивали журналы, на которые он работал, квартира досталась в наследство, а на мелкие расходы вполне хватало гонораров от статей. Вадим не обещал мне измениться, но тем не менее был настроен решительно. Его уверенность, что любовь способна справиться с любыми преградами постепенно передавалась и мне. Серьезным аргументом в его пользу было и то, что в отличие от моего мужа он очень хотел малыша.

Просомневавшись еще полгода, я поставила мужа перед фактом: «Мы разводимся». Я догадывалась, что Кирилл воспримет мое заявление не лучшим образом. Предполагала, что одобрения семьи я тоже вряд ли дождусь И все-таки такого шквала негатива, который вылился на меня, я не ожидала. Муж моментально перекрыл все мои кредитки, все более-менее ценные вещи запер в сейф и предложил очистить территорию купленной им до брака квартиры в течение часа. Единственное, что осталось при мне, – это машина, да и то потому, что оформлена она была на меня. Родители, к которым я отправилась, чтобы немного прийти в себя, встретили меня бурным скандалом. Точнее, мама кричала, проклиная день и час, когда я появилась на свет, а отец молчал и осуждающе смотрел исподлобья. Даже любимая сестра не захотела меня понять и принять. Она заявила, что меня потянуло на приключения от хорошей жизни, и предрекла, что, помыкавшись месяцок-другой с «милым в шалаше», я буду умолять мужа меня простить. Столкнувшись с таким «теплым» приемом родных, я сразу оставила мысль рассказывать о переменах в жизни кому-то из подруг. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, какова будет реакция.

Начать с нуля

Первое время после переезда к Вадиму мы сутками не вылезали из постели, расставались по минимуму, вместе готовили еду, гуляли вечерами в парке, строили пла­ны и были абсолютно счастливы. Но сказка не может быть вечной. Вадим уехал в очередную командировку, а я, оставшись одна, задумалась о будущем. Денег у меня практически не было – к Вадиму я ушла с пустым кошельком. Хорошо хоть, проблемы с одеждой не стояло. Супруг сделал шикарный жест: сложив мои вещи, остававшиеся дома, в мусорные мешки, он отослал их родителям. На украшения эта щедрость, впрочем, не распространилась.

Перед отъездом Вадим оставил мне деньги на еду, но я потратила их в первые же пару дней, так что, осознав однажды утром, что мне не на что заправить машину, я испытала шок. Я уже и не помнила, что это такое: «нет денег». Сложно объяснить эти ощущения. Представьте, что вы просыпаетесь с утра, спросонья пытаетесь включить свет, а он не горит. Вы тупо щелкаете выключателем, все еще надеясь, что произошла какая-то ошибка и электричество вернется само собой, обходите другие комнаты, но в квартире по-прежнему темно. Только в этом случае можно позвонить в диспетчерскую и устроить скандал, а я, вывернув сначала кошелек, а потом все карманы наизнанку, понимала, что звонить мне некуда. Промаявшись какое-то время, я приняла единственно возможное на тот момент реше­ние: надо срочно продать машину. Заменив свое шикарное авто на что-нибудь маленькое и бюджетное, я вполне могла, ни о чем не беспокоясь, жить как минимум год, а то и больше. За это время я планировала найти работу и вообще прийти в себя от глобальных перемен в жизни. Сказано – сделано. Я дала объявление на специализированном сайте, и в течение недели распрощалась с моей ласточкой навсегда. Когда я отдавала новой владелице ключи и документы, то вдруг отчетливо осознала: «Я никогда в жизни больше не сяду за руль такого авто!» Мысль была болезненной…

Еще неприятней оказался процесс выбора нового железного друга. Все, что я могла себе позволить, казалось мне металлоломом. Вернувшийся из командировки Вадим убеждал меня не гнаться за престижем, а купить простенький, зато новый дамский автомобиль, но, когда я садилась в салон такой машины, на глаза у меня буквально наворачивались слезы. В итоге я все же остановилась на сильно но новой машине, зато известной немецкой марки.

Новая жизнь

Приспосабливаться к новым реалиям было непросто. «Азбуку вкуса» пришлось заменить на продуктовую ярмарку, дорогие рестораны – на суши-бар раз в две недели, стилиста из дорогого салона – на знакомого парикмахера. Казалось бы, все это мелочи, но именно они постоянно напоминали мне о прежней жизни. Я любила Вадима, мне было хорошо с ним рядом, и я ничуть не жалела о принятом решении, но ностальгия не отпускала. Иногда у меня не выдерживали нервы, и, плюнув на экономию, я шла по магазинам. Но цифры, раньше казавшиеся не­значительными, теперь приводили меня в ужас, и я буквально выбегала из торгового центра.

Через несколько месяцев я устроилась на работу. Как ни странно, помогла одна из бывших подруг, пристроив меня в агентство недвижимости своего мужа. Большой опыт не требовался, зато ценились коммуникабельность, знание языка, умение одеваться – в общем, все то, чем я отлично владела. Довольно скоро я начала зарабатывать хоть и не много, но стабильно, а главное, четко увидела перспективы. Я уже не чувствовала себя нахлебницей, а деньги, оставшиеся от продажи машины, могла положить на сберегательный счет. Вадима мои успехи вдохновили на более осознанное отношения к деньгам. Он нашел постоянную работу, меньше времени проводил в поездках и старался делать все возможное, чтобы я не так остро чувствовала ухудшение качества жизни. Иногда мне казалось, что эта проблема волновала его даже больше, чем меня саму. Он явно боялся, что в какой-то момент я не выдержу и либо вернусь к мужу, либо найду себе кого-то более обеспеченного. Впрочем, эти страхи довольно быстро развеялись, ведь после года совместной жизни я поняла, что наконец-то беременна.

Мы вместе уже 4 года, а нашей дочке недавно исполнилось два. Мне нравится моя новая жизнь. В ней нет роскоши и бриллиантов, зато есть интересная работа, много общения и, главное, очень любимый мужчина и очень любимая дочь, которых я не променяю ни на какие сокровища мира!

Январь 30, 2012 5:25:15 ПП


загрузка...


Написать ответ